Признать виновным

интерактивный фильм

по делу инициатив правозащитных дмитрия и организаций позиция галко

17 июля 2018 г. суд Советского района Минска вынес обвинительный приговор  журналисту Дмитрию Галко. Дмитрий признан виновным по статье 364 Уголовного кодекса «Насилие либо угроза применения насилия в отношении сотрудника органов внутренних дел» и приговорен к четырем годам ограничения свободы с направлением в исправительное учреждение открытого типа. Приговор в законную силу еще не вступил.

Конфликт, который послужил основанием для возбуждения уголовного дела, произошел 25 ноября 2017 года. По версии следствия, Дмитрий Галко применил насилие в отношении сотрудников милиции, которые вошли в квартиру, где несовершеннолетний сын Дмитрия отмечал свой день рождения с друзьями (в том числе совершеннолетними). В материалах дела отмечается, что на столе имелись алкогольные напитки и некоторые из гостей находились в состоянии алкогольного опьянения. Дмитрий Галко и его сын, который также принял участие в конфликте, были задержаны с применением спецсредств и доставлены в отделение милиции. Несколько молодых людей, которые принимали участие в праздновании дня рождения, пытались убежать от милиции, спрыгнув с балкона. Двое из них получили при этом серьезные травмы. Дмитрий Галко был доставлен в Центр изоляции правонарушителей и 27 ноября привлечен к административной ответственности за мелкое хулиганство.

Сразу после освобождения Дмитрий на своей странице в Facebook, а также в интервью сайтам KYKY.org и TUT.by, высказал свое мнение о том, что произошло. По его словам, сотрудники милиции вошли в квартиру вопреки его протесту, без санкции прокурора и других предусмотренных законом оснований. Видеосъемка в квартире осуществлялась также без согласия присутствующих, и он пытался остановить незаконные действия сотрудников милиции (не применяя к ним насилия). Он выразил возмущение этими действиями милиционеров и утверждал, что именно они привели к травматическим последствиям - перелому ноги у подростка и позвоночника у совершеннолетнего гостя, которые испугались вторжения милиции в квартиру. При этом в силу своих профессиональных навыков журналиста и личных качеств Дмитрий Галко выступал в защиту не собственных прав (к этому моменту он уже был привлечен к ответственности и считал, что дело закончено), а публичного интереса.

Через 12 дней после конфликта (и 10 дней после публикаций) в отношении Дмитрия Галко было возбуждено уголовное дело.

Мы не можем утверждать, что возбуждение уголовного дела в отношении Галко стало результатом его критических материалов в соцсетях и СМИ. Более того, мы крайне негативно относимся к ситуации, которая привела к возникновению конфликта, - отсутствия контроля взрослых за поведением несовершеннолетних и возможного применения некоторых из них алкогольных напитков. И если бы расследование уголовного дела было безупречным, мы признали бы его выводы без каких-либо возражений. Однако материалы судебного следствия не дают нам оснований посчитать их таким и исключить, что возбуждение уголовного дела является местью со стороны органов внутренних дел за критику.

Так, из материалов дела не следует, что проводилось внутреннее расследование правомерности действий сотрудников УВД при вхождении в квартиру и осуществлении видеосъемки. Суд также не дал им правовой оценки. Между тем, статья 25 Закона об органах внутренних дел говорит, что сотрудник УВД имеет право входить беспрепятственно в жилые помещения и иные законные владения граждан только при преследовании подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений (то есть действий, наказуемых уголовно), либо наличии достаточных оснований полагать, что там совершается или совершено преступление, либо находится подозреваемый или обвиняемый. В той же статье 25 речь идет о праве проводить фотографирование, звукозапись, киновидеосъёмку определенных лиц, но только «в установленном порядке».

Из показаний сотрудников милиции следует, что их визит в квартиру (без каких-либо санкций и постановлений) был вызван тем, что участковый увидел на балконе группу подростков. То есть подозрение вызвали действия, которые в худшем случае могли бы быть признанными административным правонарушением, но никак не преступлением. Следующие объяснения сотрудников милиции (о возможной порностудии или наркопритоне) противоречат их же показаниям и не выдерживают минимальной критики. Помимо прочего, сотрудники милиции признали в суде, что, несмотря на длительное время их пребывания в квартире, они не начинали никаких процессуальных действий и не заявляли о их начале.

Суд, по нашему мнению, не придал должного внимания оценке законности действий милиционеров. Между тем, есть все основания полагать, что эти действия нарушали неприкосновенность жилища и сопровождались вмешательством в личную жизнь. И расценивались такими Дмитрием Галко.

Обращаем внимание, что статья 364 Уголовного кодекса, по которой осужден Дмитрий, предусматривает ответственность за воспрепятствование законной деятельности сотрудников органов внутренних дел. В других случаях особая защита законом на них не распространяется. Однако в деле Галко, как и во многих других, законность действий сотрудников милиции осталась за пределами судебного разбирательства. Как и вопрос о границах самообороны гражданина, который останавливает незаконные действия сотрудников милиции (в том числе направленные против его сына и других граждан).

Дело Дмитрия Галко выделяется не только потому, что он является публичной фигурой (что привлекло к делу повышенное общественное внимание), но еще и потому, что он, вопреки интересам собственной безопасности, стал публично говорить о правах граждан и возможности их защиты при конфликтах с милицией.

Государство обязано обеспечить объективное расследование любого дела и справедливое судебное разбирательство всем и каждому. По делам же, связанных с публичной критикой действий представителей власти (в том числе сотрудников милиции), расследование должно быть максимально тщательным и безупречным - как по процедуре, так и по выводам. По нашему мнению, в данном случае оно таковым не является. Многие вопросы, существенные для дела (и для дальнейшей практики взаимоотношений граждан и сотрудников милиции), не были решены судом.

Призываем апелляционную инстанцию ​​ликвидировать все пробелы судебного следствия и вынести законное и обоснованное решение.

ОО «Белорусская ассоциация журналистов»

РОО «Правовая инициатива»

Экспертно-правовое общество «Инициатива FORB»

Белорусский документационныйо центр

Комитет «Солидарность»

Белорусский Дом прав человека им. Б. Звозскова

РОО "Белорусский ПЕН-Центр"

Правозащитный центр "Весна"

РПОО "Белорусский Хельсинкский Комитет"


Поделиться:

Категория: Новости

Темы: заявления